![[icon]](http://l-userpic.livejournal.com/94252501/12259519) |
A Lost Magazine of the Jazz Age
|
| Как-то из-за гриппа потерял темп, совсем перестал писать по делу и без дела (температурный синопсис имени Рохлина и обрывки рассуждений не в счет). Это как с тренировками в спортзале - стоит пропустить неделю и привычные упражнения кажутся тяжелее раза в два. Надо обязательно сегодня написать что-то большое и страшное.
А вот вам пока (спасибо Черняеву) выпуск программы "Время" за 1984 год:
По-моему дико круто, что на телевидении устроили радио. Для сравнения, новости того же 1984 года в США:
| 2 comments or Leave a comment   |
| Левенда пишет, что ЦРУ в рамках кампании по свержению Фиделя Кастро пыталось вести среди кубинцев пропаганду в том духе, что Кастро - эль антикристо, и у него на жопе хвост. А для управления филиппинцами ЦРУшники активно допиливали местные легенды о вампирах. То есть, очень круто работали с религиозными трудящимися. Но круче всего история с НЛО - когда пошли первые сообщения о летающих тарелках, высшие военные чины США собрали совещание, пригласили экспертов, стали решать, что делать. В какой-то момент поняли, что вопрос о самих НЛО вторичен - первичен вопрос о слухах об НЛО.
В том смысле, что стоит хоть одному идиоту увидеть на летающей тарелке серп-н-молот (разгар Холодной войны, между прочим, граждане ищут коммунистов даже под кроватью в спальне), как в стране может начаться паника. Поэтому сразу несколько отделов ЦРУ начали работать над низведением слухов об НЛО до уринотерапии и сектанства, чуть ли не в каждом кружке юных уфологов появилось по скромному человеку в штатском. В итоге население НЛО и правда перестало бояться, зато американцы пропустили удар в другом месте - хиппи и антивоенное движение. Но это уже другая история. | | 11 comments or Leave a comment |
|
Поп-культура будущего. Я абсолютно уверен, что через 10-20 лет большая часть массовой культуры будет жестко замкнута на игры, коммерческие литература, кино, музыка и искусство превратятся в обслугу компьютерных игр. То есть, выходит какой-нибудь громкий тайтл (типа WoW 3), и в течении полугода после его выхода появляется штук пять книжек, несколько музыкальных альбомов а-ля "Мелодии и ритмы эстрады Огриммара", полнометражный фильм, пара ситкомов, несколько разноуровневых выставок (от творчества фанатов "по мотивам" до специальных проектов скупленных компанией современных художников) и даже картины маслом "Рассвет эльфа" для особо жлобоватых игроков. Ну и, конечно, порнография.
Вообще, точкой невозврата, после которой игры окончательно стали доминирующим коммерческим чудовищем, которое пожрет всю культурную среду, стал выход World of Whorecraft. Порнография всегда определяла развитие культуры, большая часть первых фотоаппаратов покупалась для съемок и продажи порноснимков, первые порнофильмы приносили состояния, домашние видеоплееры в первую очередь покупали для просмотра понятно чего, "Глубокая глотка" навсегда взорвала мир кино, а чуть позже именно порнографы определяли победителей в войне видеоформатов. Сейчас они пришли в мир компьютерных игр и уже продают фильмы про еблю между виртуальными эльфами и гнумами. Это высшая оценка условно-молодой индустрии, означающая, что все остальные культурные медиумы потихоньку собираются с вещами на выход. | | 21 comments or Leave a comment |
| 
A weirdly specific thing happens with the books of Ayn Rand. It's not just the what of the books, but when a reader discovers them—almost always during the first or second year of college. Rand grabs a reader at a time of maximum vulnerability and malleability, when he's getting his first accurate sense of how he measures up in the world in terms of intellect and talent. The longing to regard oneself as misunderstood and underrated can be powerful; the temptation to project oneself as such, irresistible. But how? How to stand above and apart?
Enter Howard Roark, the heroic and misunderstood architect, square of jaw and Asperger-ish of mien, who at the end of The Fountainhead blows up his own masterpiece after a bunch of sniveling "parasites" and "second-handers" tinker with the blueprints.
GODDAMN!
Then enter Atlas Shrugged's John Galt, the heroic and misunderstood engineer, square of jaw and Asperger-ish of mien, who, after persuading "men of talent" to retreat to his Colorado aerie while the country goes to seed (in order to show the "mediocrities" left behind what life is like without their betters), delivers a 35,000-word speech decrying bureaucrats and regulators.
SIXTY PAGES, BITCHES!
Finally, enter Objectivism, the name Rand gave to her moral defense of "reason," individualism, and unfettered capitalism.
SCOOOOOOOOOOOOOOOOOOOORE!
Специально для жж-юзера ![[info]](http://l-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif) unab0mber GQ опубликовал огромный текст про героиню тинейджеров Айн Рэнд. | | 2 comments or Leave a comment |
| Читаю биографию Гриффита за авторством Трауберга и на каждой второй странице хохочу. С одной стороны, Гриффит - ключевая фигура мирового кинематографа, Гриффит открыл и разработал киноязык, превратив кинематограф в новый вид искусства. С другой стороны, Гриффит - сын героя гражданской войны, бравого полковника-южанина, который например единственный раз в мировой истории повел в атаку кавалерийский полк, сидя в прогулочной коляске (из-за ранения бедра не мог держаться на лошади). Кроме того, сам Гриффит снял "Рождение нации", по меткому выражению Эйзенштейна, "целлулоидный памятник Ку-Клукс-Клану", по совместительству - одну из важнейших картин в истории кино. То есть, взгляды на жизнь у Гриффита были вполне определенные, и советскому народному режиссеру полагалось изо всех сил клеймить проклятого реакционера. Но в то же время для кино Гриффит кто-то вроде Иисуса Христа, и пытающийся вывалять его в грязи автоматом попадает в разряд сумасшедших.
Поэтому Трауберг идет третьим путем - из более чем четырехсот работ Гриффита он находит ровно две ничем не примечательные ленты ("Спекуляция пшеницей" и "Мушкетеры Свиной Аллеи") и через каждые три страницы повторяет их названия в том смысле, что и Гриффиту были не чужды идеи социальной справедливости. Не верите? Посмотрите "Спекуляцию пшеницей". Или "Мушкетеров Свиной Аллеи". Или опять "Спекуляцию пшеницей". Про содержание остальные 398 картин Гриффита Трауберг по большей части молчит, лишь однажды проговариваясь, что науськанный реакционерами Гриффит снял фильм про марксиста-террориста. Конечно, раз в десять страниц цитата из Маркса, а то и Ленина. Жаль, что наша страна утратила эту прекрасную культуру наглой и совершенно бесстыдной демагогии, позволяющей благосклонно хлопать по плечу святого отца кино, "Дурашка, конечно, но иногда и до него про классовую борьбу доходило!" | | Leave a comment |
| Известное дело, что Советская Россия отличается от Запада не только нефтью, газом и президентом Путиным, но и нулевым влиянием военных на жизнь страны. Грубо говоря, если в США выигравший войну Эйзенхауэр стало президентом, то у нас выигравший войну Жуков был тихо отправлен в ссылку и даже не посмел рыпнуться. Можно вспомнить и историю с генералом Лебедевым, который, побузив во времена анархии, также был успешно заслан к черту на кулички. Ну и излишне говорить, что после уже ТРЕХ войн (две чеченские и грузинская) в России так и не появилось ничего похожего на армейское лобби, хотя под лозунгом "Я за вас кровь проливал!" можно было создать как минимум популярную думскую партию.
Я это к чему - был такой генерал Лев Рохлин, ветеран Чечни и Афганистана, который смог реорганизовать наши войска и взять, наконец, Грозный в 1995-ом. Затем он пошел в политику, был сначала за Ельцина, а затем учредил "Движение в поддержку армии" (официально одобренное ветеранами Афганистана, ветеранами военной разведки и всякими другими интересными ветеранами), которое начало превращаться в серьезную политическую силу. В 1997-ом году отношение военных к ситуации в стране было вполне однозначным, люди считали, что Ельцин предал армию. Назревала крайне интересная ситуация, похожая на готовящийся военный мятеж, как вдруг Рохлина в 1998-ом году убили. Убила его якобы жена Тамара (с которой он прожил всю жизнь и вырастил сына). Тамару заставили сначала дать признательные показания, потом объявили полусумасшедшей и посадили в тюрьму. Бедная женщина, поняв, что ей ничего уже не светит, начала рассказывать, как всё было на самом деле - что Рохлина убили люди в черных масках, а ее заставили оговорить себя, угрожая застрелить и ее сына. После смерти Рохлина одним из лидеров движения стал пресловутый Макашов и оно естественным образом сошло на нет.
Мне кажется, что из этого всего вышел бы отличный сюжет для психологической драмы. Понятно, первое, что приходит на ум - "муж-генерал и его верная жена борются против коррумпированной власти и проигрывают", но это слишком банально и слишком скучно. Гораздо интереснее такой вариант: устав от придирок жены (по свидетельствам очевидцев, Тамара постоянно гнобила мужа за его низкий социальный статус. Как, наверное, и любая офицерская жена), накладывающихся на развал страны и армии (каково было человеку, взявшему Грозный, смотреть знаменитое видео с чеченами, посылающими Ельцина?), Рохлин решает создать ветеранское движение, но очень быстро понимает, что еще советская Россия принципиально заточена под подавление всяческих телодвижений военных. Кроме того, дает о себе знать и тяжело больной сын, превращающий и без того накаленную домашнюю атмосферу в ад. Не выдержав, Рохлин уступает давлению жены и везет сына на лечение к какой-то древней бабке-знахарке (девяностые - это еще и десятилетие Кашпировского, как ни крути). Во время сложного ритуала лечения Рохлин, чувствуя себя ненавидимым всеми, высказывает бабке наболевшее. И бабка (точнее, баба), выслушав Рохлина, предлагает ему заключить сделку с демоном. Отдать ему часть своей души, выпустить его в мир через свое тело. Дальше следует глава с описанием метаний генерала, несколько отчаянных звонков боевым друзьям, лишь усиливающим его отчаяние, крики жены, чеченцы в телевизоре. Генерал соглашается.
Дальше, собственно, начинается та самая психологическая драма - демон, отхватив крошечный кусочек души генерала и начав ему нашептывать верные слова ("Звони Федору Александровичу, напомни про Кандагар, зови встретиться в кафе "Магнолия". Сегодня у нас также разговор с Ивашовым и Малютиным, надень рубашку посвободнее, будешь показывать им свои боевые шрамы!"), потихоньку все больше и больше поедает генерала изнутри. При этом внешне Рохлин меняется в лучшую сторону - возвращается командный голос, расправляются плечи, наливаются силой дряхлые мускулы. Старые товарищи от одного уже взгляда на Рохлина вдохновляются уверенностью в успехе предприятия. Daemonic army растет, в доме появляются деньги и влиятельные гости, генерал превращается из забитого придурка в лидера. Но Тамара не рада запоздалому общественному признанию и достатку. Она замечает, что с каждым днем в голосе генерала появляется все больше чужих ноток, расправляется старая кожа, исчезают все те морщинки и родинки, которые она целовала столько лет, даже пот мужа пахнет иначе. И его поведение... за стальной решимостью все больше несвойственного ему самодовольства, упоения властью. Начинаются и проговорки - генерал уже хочет свергнуть не только власть, но и церковь, из дома исчезают все кресты и иконы. Испуганная женщина вспоминает, что все это началось после визита к знахарке (Рохлин поехал к ней во второй раз якобы для того, чтобы подлечить испорченный армейскими пайками желудок), и, решившись, едет разыскивать эту бабку.
Далее следует совершенно макабарическая глава с дождем, грозой, странными тенями и плутанием по раскисшей ночной дороге. Окончательно заблудившись, Тамара выходит к деревенской церквушке, где ее принимает старый священник, знающий наизусть всю округу. Ни о какой бабке-знахарке он за все время своего служения не слышал, и может побожиться, что в радиусе ста километров от них никаких знахарок нет. Постепенно в ходе распросов священник понимает, в чем беда Тамары. На следующий день они вместе возвращаются в квартиру (Рохлина нет) и, осмотрев вещи Рохлина, сравнив его фотографии (он явно молодеет с каждым днем), священник подтверждает самые худшие опасения Тамары.
И, наконец, финальная часть трагедии. Тамара колеблется между любовью к мужу и необходимостью защитить страну (ряды сторонников Рохлина множатся, скоро демон окрепнет достаточно, чтобы самостоятельно провести ритуал и населить еще больше людей), священник ее убеждает, Ельцин и ФСБшники,узнав про заговор, решаются провести спецоперацию и ликвидировать генерала. Они не знают, что процесс слияния с демоном зашел слишком далеко, и обычное оружие на него уже не действует, требуется освященная пуля из освященного пистолета. Главная сцена - Рохлин приходит домой (они жили в частном доме) и начинает в комнате раздеваться. Тамара сидит на кухне и полными слез глазами смотрит на пистолет. Дом окружают сотрудники спецназа ФСБ в черных масках и с фонариками. Рохлин заходит на кухню - молодой, подтянутый, с высоко поднятым подбородком - и смотрит на Тамару, наставившую на него пистолет. Следует диалог "- Лева, кем ты стал? - Тамарка, дура, опусти ствол, ты не понимаешь!", параллельно с этим спецназовцы отсчитывают секунды до штурма дома. Лева почти убеждает Тамару, она начинает опускать пистолет, но тут слышится звон разбитого стекла, хлопки светошумовых гранат и испуганная женщина рефлекторно давит на курок...
Почти сошедшую с ума женщину помещают в больницу, но, чтобы связать все концы, решают проверить ее слова насчет священника, "который все подтвердит". Последняя сцена - опросив в округе всех жителей и установив, куда ездила Тамара, оперативники выходят к старому польскому кладбищу с покосившимися католическими крестами. | | 32 comments or Leave a comment |
| Десятого декабря, кстати, состоится вручение премии Кандинского актуальным художникам из народа. С премией Кандинского, как я понимаю, вышла такая штука - в прошлом году ее дали Беляеву-Гинтовту из фентези-партии ЕСМ (ну, как вот некоторые переодеваются в женские колготки и настаивают, что оне хоббит из Средиземья, так и Гинтовт переодевается в черный пиджак из тех, что популярны среди неофолк-сцены с гей-уклоном, и настаивает, что он страшный евразиец и имперец) за волнующую адаптацию большого имперского стиля к эпохе фотошопа и сайта прикол.ру. Часть арт-критики из леваков (точнее, у нас почти вся арт-критика из леваков) решила, что это фашизм (хотя Гинтовт потом выставку в Чечне делал, лол), холокост и что там еще из стандартного левацкого пакета "юный борцун с системой". Из-за поднятой леваками истерики индустриальный междусобойчик превратился в общественно-значимое событие, люди, претендующие на звание актуальных художников, внезапно на самом деле стали актуальными художниками.
И, кажется, немного этого испугались. В этом году куратор Ерофеев (на которого я в телевизоре про Бэнкси ругался) решил не повторять ошибок и не превращать церемонию награждения в общественно-важное событие, и потому набрал кучу работ ни про что, причем большей частью из региональных художников. Вышло неожиданно занятно. Ну, то есть, все мы знаем, что за пределами МКАДа живут спившиеся крестьяне-людоеды, боевые расчеты ракетно-ядерных установок и юзер Кировчанин (еще там, кажется, есть город Пермь, хотя я не уверен), а тут, извините, можно прийти в ЦДХ и посмотреть на работы якутских перфомансистов и актуальных художников Курильских островов. Так сказать, провокационные синие жомпы, намалеванные в телеге по пути на сенокос.
Я надеюсь, что достану приглашение на саму церемонию вручения и смогу в деталях рассмотреть (а затем и расписать) русский народный контемпорари-арт, бессмысленный, как остроносые туфли, и беспощадный, как удар по затылку в глухом переулке. Еще я надеюсь, что сегодняшний перекур с режиссером Р. на улице не выльется в двустороннюю пневмонию, а обойдется лишь обычной простудой.
P.S. Судя по его текстам, Жан-Юбен Мартен, куратор Московской биеналле, умнейший, мудрейший человек. Но меня извините выстегивает на хохот, когда спокойный ровный поток мыслей старого льва, открывшего Западу Кабакова, вдруг прерывают подростково-советские пассажи про борьбу с неоколониализмом и прочего патрису лумумбу. | | 5 comments or Leave a comment |
| Надо понимать, что мы малый народ. Евреи или вроде того, только хуже. Потому что еврей может сбрить пейсы, начать носить омерзительную реденькую челочку (с выбритой под ноль остальной головой), устроиться работать на завод, жениться на маньке и быть при этом полностью, абсолютно, непоправимо счастливым. Лет через десять он дослужится до места в заводуправлении, купит машину, заведет привычку слушать радио "Шансон" и будет обдавать случайными (но такими лихаческими) потоками грязи нас, грустных, понурых, страдающих, ждущих на промозглой остановке очередную маршрутку. Мы не заточены под счастье, мы не можем купить дерьмовую турецкую дубленку, спортивный костюм, детектив про братков и быть при этом искренне счастливыми среди простых народных людей. Все эти игры с народом, поклоны в пояс крестьянам от русских классиков в итоге оборачиваются цирком дю солей, клоунадой высшего качества. Классическая русская литература РЕАЛЬНО исходит из того, что если надеть огромный красный нос, длинные штиблеты и зеленый парик, то можно легко слиться с толпой на какой-нибудь ярмарке в пыльном уездном городишке. Достаточно выучить пару диалектных словечек, прочитать лекцию про земельный вопрос и купить стопку водки - и ты лучший друг простого народного человека, полноправной член дикой крестьянской общины, до сих пор встречающейся в спальных районах столицы (про нестолицы и не говорю). Весь культ "простого человека", сельская духовность и поиски живительного народничества писателями в итоге сводятся к известному анекдоту про Толстого. Ну, что сидит Толстой, очередную статью про крестьянский вопрос пишет. Заходит дворецкий:
- Ваше сиятельство, Лев Николаевич! ПАХАТЬ ПОДАНО!
Причем все это "пахать подано" сочеталось с дикой, ребяческой безответственностью. Граф-батюшка попахал, пописал манифестики, и помер, окруженный заботой, вниманием и мировой славой. А его последователей-толстовцев потом собаками заживо затравливали за "социализм с Христом в сердце". Или вот Достоевский - пописал романчиков, проиграл пару состояньиц в рулеточку, помолился, попостился, послушал радио "Радонеж" и помер, разругавшись вдрызг с сестрой из-за наследства. А его "слезинкой ребенка" до сих пор заливают к чертям любую осмысленную дискуссию. "Куда прешь супротив Достоевского, сучонок? Шапки долой, слезинку ребенка несут!". Ну, конечно, проиграть десять тысяч франков в рулетку, обрекая своих детей на жизнь в шалмане среди проституток и опустившихся алкоголиков - это так, баре балуются, классики шутют. А сказать что поперек - сразу слезинка, которая за прошедшее столетие превратилась в ледяной осколок, забиваемый несогласному прямо в сердце, как осиновый кол.
Русская культура, если вдуматься, вообще восхитительная штука - именно воспитанные на высочайших моральных стандартах, христианстве и слезинках граждане кидались бомбами в царей и министров, приближая кончину колоссального государства. Реальная проблема сегодняшней оппозиции в том, что она аппелирует к западным ценностям. Свобода слова, правовое государство, честные выборы. Кому? Зачем? Для чего? Не волнуют никого выборы, свободы и права, русскому человеку подавай газету "Жизнь" и передачу "Криминальный патруль". Поэтому и надо оппозиции работать на поле заголовков "Маньяк-педофил изнасиловал статую писающего мальчика". Так мол, и так, никаких прав и свобод. В детском доме воспитательница убивала детей и солила их мясо на зиму. А почему? Кровавый Путин виноват, от него воспитательницы такие. Не хочешь, чтобы плачущих детей солили на мясо? Иди свергать Путина!
Это в Европе такая постановка вопроса автоматом отвратит 90% населения, а у нас наоборот, народ почувствует тему, начнет шевелиться. Провальные выборы в Мосгордуму, чудовищные фальсификации! Да кого ебет? "Солдат почетного караула рассказал об оргиях высшего руководство в Мавзолее Ленина" - вот, это реально оппозиционная тема! На Украине эту фишку просекли уже, молодцы, сделали вброс с изнасилованными друзьями Тимошенки пионерами. Тимошенко не промах - ответила свиным гриппом, полстраны в масках, население волнуется. Идет, кипит политический процесс, граждане активно интересуются органами власти, запасают марлю и презервативы. Вот и у нас пора перестать делать вид, что мы живем в факин ебаной Швейцарии, и начать работать для людей. Люди сидят на фишках.нет, вот и пускай политики туда пересаживаются. ПУТИН НАКАЧАЛ ГЕРОИНОМ ВОСПИТАННИКОВ ИНТЕРНАТА ДЛЯ ГЛУХИХ (ФОТО) - и через год власть наша! (ВИДЕО) | | 57 comments or Leave a comment |
| А ведь если подумать, то на дореволюционную Россию жутко была похожа Япония. Та же стремительная модернизация, тот же оторванный от народа слой элиты, изрядно наводненный иностранцами, те же разговоры про "немцев" (гайдзинов), выливавшиеся в восстания. Но, в отличие в от России, японцы смогли преодолеть чудовищный разрыв между слоями общества, включив режим ультраправой религиозно-милитаристской пропаганды. Вся японская общественная жизнь в итоге свелась к крикам "Бей их по голове! Бей-бей-бей!". Когда уже перед Второй мировой здравомыслящие японцы пытались выпускать антивоенные журналы, знаете, как их прикрывали? Высылали кружить над типографией военный самолет, одновременно с этим в редакцию приходил человек из министерства. "В следующий раз будем бомбить!". Перед русско-японской, впрочем, антивоенных журналов в принципе не было. Когда император Хирохито объявлял по радио, что он не является сыном Солнца, по всей стране люди стояли на коленях и рыдали, офицеры стрелялись, интеллигенты расклеивали листовки "Проклятые американцы, руки прочь от императора!". Это, напомню, 1945-ый год, вся страна в руинах, миллионы погибших, Токио, пылающий со всех концов.
А у нас? Относились к людям по-европейски, уважали чужое мнение, прислушивались, принюхивались, присматривались. Цензура изъяла тираж газеты (о самолетах и не говорю) - скандал на всю Россию! По фронту шныряли социалистические агитаторы, православие учило добру, мягкости и взаимопониманию, война преподносилась делом грязным и недостойным. Ну, доучились, доприподносились. Когда Николая свергли, хохотала вся страна, от простого лавочника до высших чинов армии, "монархист" - фигура комическая, идиот. Трехсотлетнему царскому дому в минуту слабости (не смертельной, в отличие от Японии) припомнили вообще всё, и торжествующе сдали "императора" в заслуженный подвал.
А разгадка проста - в Риме поступай как римлянин, среди бандерлогов - как бандерлог (в этом, кстати, секрет известной популярности Путина). | | 5 comments or Leave a comment |
| | По рабочей надобности прочитал рассказ знатного советского писателя Паустовского "Телеграмма". Все-таки правильно говорил кто-то из командированных в сталинскую Москву французов, что советская культура рассчитана на 12-летних. А уж субкультура деревенщиков... | | 5 comments or Leave a comment |
| Прекрасное утро в этом чумном городе. Небо мышиного цвета, шум машин, скрежет мусоровозов, поднимающих контейнеры. Сандрик Родионов в сценарной мастерской проповедовал в том духе, что если не можете ничего написать, то сядьте и всю ночь внимательно слушайте, что происходит вокруг. Само придет. Наверное, Сандрик живет в каком-то хорошем районе, в хорошей квартире. Чистые газоны, улыбающиеся дети, соседи с блатными номерами. По ночам, наверное, у него можно услышать, как кто-то репетирует, играя на арфе или как кто-то занимается любовью с молоденькой моделью, или как собравшаяся за столом семья смеется заливистым хрустальным смехом. Сандрик пишет хорошие, очень хорошие сценарии, его метод стопроцентно верен.
Вот только у меня под окнами каждую кто-то истерически кричит, кого-то то ли насилуют, то ли убивают, то ли грабят, то ли просто бьют по пьяни. Иногда приезжает милиция, иногда - нет. За стенкой играет шансон, кашляют старики, а любовью занимаются или со стиснутыми зубами, как на допросе, или не занимаются вообще. Порой кто-то пьяный кинет бутылкой в машину и полночи ревет, надрываясь, сигнализация. Я почти привык. Но я не могу написать ничего, кроме нуара. | | 5 comments or Leave a comment |
| Dragon Age - несомненно, игра года. Про нее можно очень долго рассказывать (один из лучших персонажей - оживший голем, принципиально называющий вас "оно", проработавший статуей 50 лет и потому убивающий всех голубей на расстоянии выстрела), но мне больше всего нравится такой вот момент. В самом начале игры во время одного торжества вы сводите близкие контакты с дамочкой, охотно западающей на наследника королевского трона. Чуть позже в рамках сложносочиненной византийской интриги (включающей в себя братоубийство) вас лишают всех прав и отправляют в туннели умирать. Через половину игры вы возвращаетесь в отчий дом, в сверкающей броне, в компании с големом-оно, социопаткой-ведьмой (с которой украдкой трахаетесь на привалах) и изгнанным за наркоманию храмовником. Вокруг, понятное дело, снова многоходовые интриги, судьба человечества в наших руках, "я теперь не изгнанник, а уважаемый человек, Серый Страж" (что-то вроде следователя Генпрокуратуры на наши деньги) и т.п. И вдруг, случайно, проходом из местной Думы к местному Березовскому, вы натыкаетесь на ту самую дамочку из начала игры. После чего начинается диалог формата "Отец ты или не отец? Устроил бы хоть ребенка, кобель! А алименты где? А сам на что? А я ж когда за тебя шла ты принц был, а теперь ты кто? Хрен с горы?"
Пришлось, в общем, отстегнуть детишкам на молочишко солидную сумму и пообещать при случае замолвить за сыночку словечко у кого надо. Вот вам, братцы, и фентези про драконов. | | 15 comments or Leave a comment |
| Читаю "Доказательства Бога. Аргументы ученого" Коллинза, гомерически смешная книга. Во-первых, Коллинз там через слово цитирует Клайва Льюиса, который в свободное от писания фентези про волшебные шкафы время размышлял в том смысле, что библейское "не убий" - это про to murder, а к to kill оно не относится. Такой вот "вченый".
Во-вторых, Коллинз занимается совсем уж примитивной софистикой, рассчитанной на читателей газеты "Русь Православная", приехавших из отдаленных регионов страны. Дескать, современная наука не знает, отчего случился Большой Взрыв, наверное, это дело рук Боженьки! Предполагается, что читатель не вспомнит, что в 19-ом веке наука знала еще меньше и для большей части населения делом рук Боженьки было не только происхождение Вселенной, но и электрический ток, а также телеграф и центральное водоснабжение. Или вот про нравственный закон - якобы вообще все люди от природы знают, что такое хорошо и что такое плохо. Что это, как не одно из проявлений божественной воли? Каннибалы островов Микронезии (а также совершенно дикие дети-маугли, потерянные людьми и воспитанные зверьми) передают мистеру Коллинзу привет и просят в рамках нравственного закона прислать им кусок печени отважного исследователя. Ведь представления о добре и зле у них абсолютно совпадают! (щадя нервы дорогих читателей, я не буду рассказывать про примитивные культуры с иницирующими обрядами ритуального педо-гомосексуализма и прочие проявления Божественной Воли).
В-третьих, Коллинз занимается привычным уже шулерством, пытаясь доказать, что Библию не стоит понимать буквально, это сложный поэтический текст, в котором "УБЕЙ ИХ ЖЕНЩИН И ДЕТЕЙ" переводится как "Купи батон хлеба, два килограмма картошки и литр молока". Подобной эквилибристикой у нас занимается правительство РФ с Конституцией РФ. В частности, результаты мифопоэтического толкования статьи 31 (про свободу собраний граждан) каждый может проверить самостоятельно. А ведь это основной закон страны, предельно ясный и понятный текст. Что же там Коллинз вытолковывает из древнего запутанного манускрипта в пятнадцатом переводе? Да что угодно, находя в Библии чуть ли не раскадровки термоядерного синтеза. Думаю, в ближайшее время ему позвонят от Путина, позовут на работу, толковать другие досадные статьи Конституции.
В-четвертых, предполагается, что читатель Коллинза ОЧЕНЬ вежливый и не будет замечать вошедшему в раж дяде, что дядя стал великим вченым за проект по расшифровке человеческого генома, и что вся "астрофизика для пятиклассника в пересказе богослова" к его профильной сфере деятельности имеет очень слабое отношение. По сути, первую половину книги Коллинз тупо пересказывает брошюры в мягкой обложке "Как вывести грибок на ногах, получить урожай в 16 центнеров картошки с гектара и поверить в существование Иисуса Христа", налепив на смешную поповскую хитрость свое имя. Кажется, по-русски это называется "наебать".
В-пятых, Коллинз не трудится объяснить, зачем вообще людям Бог. "Конфликт Веры и Науки" для меня звучит издевательски. Примерно как "Состоится бой боксера Валуева и алкоголика Семеныча из пятого подъезда" - для Валуева уже сам такой анонс - унижение. В смысле, представьте, что завтра забастуют все инженеры и ученые. Что будет? Да ничего не будет. Отключится свет, газ, связь, вода, оставленные без инфраструктуры мегаполисы вымрут в неделю. Дальше все желающие мастерят подводы, запрягают в них лошадок и едут покупать овес, который нынче дорог, по пути размышляя о словах батюшки Пузяна на последней проповеди. А что будет, если забастуют попы? Ммм... Пожалуй, Всероссийский профсоюз пришлет им уведомление о недопустимости внеплановых забастовок и... всё. Может быть, когда-то религия кому-то и была важна, но сейчас 90% население западных стран не смогут рассказать даже основные библейские мифы. Поэтому попытки помирить науку и религию - это реально письма Семеныча Валуеву, что ты там это, Колька, не обижайся, давай жить дружно! Причем Коллинз, будучи объективно ученым, в данном случае выступает как секретарь Семеныча и вообще наперсник ментального разврата.
Наконец, вся книга построена на том сомнительном утверждении, что ученый не может быть дурачком, хотя и образ сумасшедшего профессора является архетипичным для западной культуры. Коллинзу, с его экзотическими взглядами и дружбой с Семенычем, надо бы бочком-бочком по стеночке, не привлекая внимания. А он вместо этого выходит в самый свет: "Значит так, друзья. Земля покоится на трех китах, мама дура, дядя Льюис разрешил убивать людей, если они плохие. Всё ясно?"
Всё ясно, господин Коллинз. С нетерпением ждем вашего участие в передаче народного целителя Малахова про уринотерапию, космические лучи и прочие чудесные явления божественной благодати. Ну и книгу по итогам - "Уринотерапия. Аргументы ученого".
Портрет героя:
"Очень люблю фантастику Стругацких, а также душевные песни Окуджавы!" | | 39 comments or Leave a comment |
| На днях, выполняя задание для сценарной мастерской, написал сценарий короткометражки. Основное условие - реальная возможность снять его силами участников мастерской (то есть, эпическая битва на орбите Ориона отпадала сразу же). По этой же причине сценарий написан в т.н. американской форме записи (есть еще русская запись - специально для чтения, развилась в советские времена, когда у значительной части сценаристов не было даже теоретической возможности снять картину). То есть, это не проза, это не литературное произведение, это технический документ, и читать его надо глазами режиссера, представляя в голове решение описанных сцен. Если вы, конечно, будете читать. Итак,
Инт. туалетная комната, раковина, зеркало. У зеркала на полочке разложена дорога белого порошка. ГЛАВНЫЙ РЕДАКТОР АЛЕКСАНДР поправляет дорогу пластиковой карточкой, затем берет в руки бумажник. Вытягивает тысячную купюру, хмыкает, засовывает тысячу обратно и достает десятку. Сворачивает десятку в трубочку и вынюхивает дорогу. Шмыгнув носом, бьет кулаком в кафель.
Главный редактор
- Жжет! Жжет! Жжет! ААА! Факин шит!
Громкий стук в дверь туалета.
Главный редактор:
- Занято!
Снова громкий стук.
Главный редактор:
- Свободно!
В туалет заходит ЗАМЕСТИТЕЛЬ ГЛАВНОГО РЕДАКТОРА ВЛАДИСЛАВ.
Владислав:
(обеспокоенно)
- Саша, ты получил мое письмо?
Главный редактор:
(с диким видом, утирая нос)
- Мы вчера пили "Грей Гуз", настоянный на экстази. Нет, я не получал твоего письма.
Владислав:
(почти в панике)
- Серьезно? То есть, ты не знаешь, что к нам едет... он?
Монтажная склейка, крупный план туловища в рясе с тяжелым православным крестом. Крест дает блик в лучах заходящего солнца. Церковное пение.
Редактор открывает рот, чтобы ответить, но тут у него звонит мобильный телефон. Редактор достает его, смотрит на экран, шепчет Владиславу "Учредители!" и подносит телефон к уху. Владислав во время разговора подходит к остаткам кокаина и смахивает их в раковину. Затем берет лежащую на раковине губку и протирает ей место, где был разложен кокаин, мочит губку в воде, тщательно выжимает. Свободной рукой главный редактор делает протестующие жесты и корчит гримасы ненависти. Закончив уборку, Владислав становится рядом с главным редактором и смотрит на него с презрением, как крепкий хозяйственник на раздолбая.
Главный редактор:
(заискивающе)
- Доброе утро, Борис Израилевич! Ничего здоровье, ничего, а как ваше? Да, слышали, конечно, наш журнал всегда стоял за пропаганду здоровых моральных ценностей и духовное возрождение нации! Так сказать, гламур на благо православия, ха-ха-ха! Конечно примем, не вопрос. Счастливого дня, Борис Израилевич!
( Дальше! )
Если я правильно понял на сегодняшнем занятии в мастерской, довольно велика вероятность того, что все это безобразие будет снято и выложено на ютуб или еще куда. При желании можно будет потом сравнить возникшие в голове образы с суровой реальностью. | | 12 comments or Leave a comment |
| Габрелянов не ругается матом, он на нём разговаривает. В его речи слишком много мата, когда надо усовестить или мобилизировать тормозящего сотрудника, но я не чувствую, что он перебарщивает: эти слова не только не режут мне слух, но наоборот, подпитывают энергией, потому что, как это ни странно, остальные люди в редакции матом не ругаются, а совсем без мата в журналистском коллективе всё будет у всех валиться из рук. Так что можно сказать, что Арам Ашотович старается за всех.
Арам Габрелянов — армянин, родившийся в Дагестане. Думаю, что именно из-за этого наша редакция так многонациональна. Ни в одном издательском домике я не встречал такого количества армян, азербайджанцев, татар, абхазов и прочих ингушей на один квадратный метр. И скорее всего именно из-за своего происхождения Арам Ашотович может себе позволить шутки, за которые русскому уже давно либо дали в табло, либо просто перестали с ним разговаривать, насмерть на него обидевшись. На Габрелянова никто не обижается, потому что у него это получается смешно и необидно, несмотря на громкий голос, грубый тон и постоянный мат, от которого я млею.
В огромном ньюзруме его слышно отовсюду. Он почти всегда недоволен работой подчинённых, он ебёт их и в хвост и в гриву. «Ну что же это такое-то, а, блядь, ёбаный свет!» — его любимое восклицание, а то, что они «совсем уже тут, блядь, охуели, пидарасы», сотрудники выучили наизусть. Наверное, Габрелянов — идеалист - ссылка.
Как говорится, тот самый случай, когда в человеке абсолютно прекрасно всё. | | 2 comments or Leave a comment |
|
A Lost Magazine of the Jazz Age
|
|
