![[icon]](http://p-userpic.livejournal.com/76311908/12259519) |
We Share Our Mothers' Health
|
| Ивана взяли прямо на выходе из метро. Он успел проглотить третью таблетку химического кофеина, но не успел почувствовать характерный жгучий привкус - первый народный дружинник сбил Ивана на землю. Второй дружинник вырвал у него из сумки айпод, отобрал наушники и прислушался:
- "Белый кролик"! Саня, у него там играет "Белый кролик"!
- Ах ты дрянь! - Саня встал с опешившего Ивана, вытащил у того из кармана книгу и, не взглянув на обложку, закрыл глаза:
- Дай попробую угадать... Достоевский? Нет, нет, это не может быть Достоевский! Может быть, Хемингуэй? Нет, нет, ни в коем случае не Хемингуэй! Может быть, это Том Вульф? - Саня приоткрыл глаза, бросив на книгу быстрый взгляд.
- И правда, ТОМ ВУЛЬФ! Серега, у него Том Вульф! Том Вульф и "Белый кролик"! Бинго, бинго, у нас обожравшийся наркотиков наркоша!
- Но я не... - Иван не успел договорить, как оба дружинника начали жестко пиздить его дрынами. Дрыны были выломаны из ближайшего дерева, их острые сучки безжалостно рвали Ванину кожу. Отведя душу в первой вспышке гнева, дружинники вновь обратились к Ивану:
- Так ты, эта... Че ты там хотел сказать?
- Я НЕ НАРКОМАН! - Ваня будто змея извивался в уличной пыли, страшась, что его снова начнут бить - Я НИКАКОЙ НЕ НАРКОМАН!!!
- А кто же ты? Фея, блядь? Кто ты, говна кусок? Че ты за таблетки жрал, ебаный расширитель сознания? Ешечку, небось, да?
- КОФЕИН! КОФЕИН! Я ЕЛ КОФЕИН-БЕНЗОАТ НАТРИЯ!
- Хуин! - Саня пнул кофеинщика под ребра, тот зашелся кашлем.
- Кофеин не входит в "Перечень"! Мамой клянусь, кофеин, не входит! - Ваня сплюнул на асфальт длинную кровавую слюну, придал ей форму креста и начал истово креститься сам:
- Клянусь, клянусь, клянусь, кофеин! Кофеин, и ничего больше!
- Врешь, небось... - Серега нехорошо ощерился и перехватил дрын поудобнее.
- Нет, нет, только кофеин! Можете смывки сделать, кровь, мочу, что угодно - чист, чист, только кофеин!
- А чо у тебя "Кролик"? И Вульф? А? Небось еще, хиппарь ебаный, "Страх и ненависть" смотришь, гоа-транс слушаешь, день рождения Марли празднуешь? Про ассасинов знаешь?
- Читаю, смотрю, праздную, знаю! Но я не наркоман, не наркоман, только кофеин, а это так, просто, шутки ради, интересуюсь вот, развитие, для интереса, только для интереса!
- Либерал еще там небось, да? Равные права собакам и геям? Легалайз, наше отечество - всё человечество и прочая хуета, а?
- Да, да, либерал я, либерал!
- Дела.... - лицо у Сереги стало, будто выжатый лимон - То есть, ты слушаешь наркомузыку, читаешь наркокниги, смотришь наркофильмы, имеешь наркополитические наркоубеждения, но при всём при этом ты не наркоман, а так, сочувствующий?
- Совершенно верно, не наркоман, не наркоман, так, кофеинчик только - Ваня поднял с асфальта упаковку кофеина и замахал ей перед дружинниками, словно еврей православной иконой перед погромщиками.
- АХ ТЫ БЛЯДЮГА СУБКУЛЬТУРНАЯ!
Следующие пятнадцать минут стали самыми страшными в жизни Ивана. Ему переломали все пальца, сломали в двух местах руку, выбили пять зубов, расцарапали лицо, порвали уши, чуть не выбили глаз и изгвоздили всю задницу в фарш. Закончив экзекуцию, дружинники положили в карман Вани пакетик травы, пять таблеток экстази, два грамма амфетамина, плюшку гашиша и немного героина:
- На вот, на первое время. И чтоб эта, больше без наркотиков не смел тут появляться. Понял, модник? | 1 comment or Leave a comment   |
| Поляк, сошедший с эшафота, в одночасье становится комичным. Плюмажное рыцарство в эпоху моторизованной войны, величавый патриотизм в хронически колониальной стране, семимаршальщина во главе неспособного к обороне государства граничат с плохим фарсом, и только моря польской крови смывают флер комизма с парадных офицерских портретов в старинных поместьях и с галереи лопающихся от важности панов директоров.
Человек, решивший судьбу польского офицерства в Катыни, был сначала ослом и только затем нелюдью. Четвертая по численности в мире польская армия, оказавшаяся в поголовном плену на семнадцатый день войны, стоит массового разгона по домам к благоверным кобьетам и хлопьятам. Ждать от нее проблем — паранойя. Это не армия, а картинка со шпорами.
Наверно, в Москве приняли близко к сердцу польскую героическую риторику, которую никогда не следует принимать близко к сердцу.
История, как известно, пошла по наихудшему для всех пути, и сын гнусно в числе прочих убитого пехотного капитана Вайды снял о том длинное, горькое, пылкое, претенциозное, стоическое, мелодраматическое и донельзя экзальтированное кино - Денис Горелов свежует "Катынь" Вайды.
Патриотизм, конечно же, последнее прибежище негодяя - и как только усталый, старенький Вайда на плоту из двд-дисков, гребя катушками с пленкой, все-таки доплывет до тихой патриотической гавани, там его уже ждет огромный береговой форт Горелова. Залп - и Горелов рвет несостоявшегося колониста на мелкие куски.
Над неглубокой могилой маленького, но гордого поляка прозвучит не скрип зубов Волобуева, над ней зачитают Галковского:
К ЧЕМУ пришёл (поляк) Дзержинский? К истории библейской. Палач с золотым сердцам создал репрессивный аппарат, который убил, - нет не польский офицерский корпус, - он убил Польшу. Польша была жива и имела шансы стать великим европейским государством только через свою аристократию, часть аристократии общеевропейской. Это, кроме России, был единственный славянский народ, представленный в европейской элите. Вся польская аристократия служила в армии, на должностях офицерских. И её закатали в Катынь. Польша выжила, но это уже другая Польша – не Бжезинских, а Валенс. Не вторая Россия, а вторая Белоруссия. И сделал это мальчик с золотым сердцем, мечтающий - нет не о девушке, нобелевской премии, воинском подвиге, наконец... а мечтающий МОЧИТЬ ЧУВАКОВ. Чурок, кацапов, хохлов, ляхов, бошей, макаронников. И конечно же ЖИДОВ, ЖИДОВ, ЖИДОВ... Это куда ветер подует. Главное под лопатку хрясть и чтобы БЕЗНАКАЗАННО.
Впрочем, весь этот развернутый бэкграунд к страданиям поляков в Катыни - дело пустое, фильм сам по себе дурной. | | 2 comments or Leave a comment |
| | Хотел бы заметить, что моя любимая женщина истеричка и из-за прошлого поста у нас уже второй день бушует отвратительный семейный скандал. Если вы напишите в комментариях, почему ей не стоит портить мою кровь из-за художественного текста, я буду вам крайне благодарен. И, возможно, рано или поздно напишу что-нибудь еще. | | 48 comments or Leave a comment |
| Был полдень, я шел из ниоткуда в никуда. Солнце щелкало меня по носу, выбивая крупные капли пота, мимо пробегали обожравшиеся мертвечины крысы (иногда называемые "москвичами") вперемешку с таджикской нежитью, в тени бетонной опоры моста бабка с иконой просила подаяние. Я был расслаблен до того состояния, что не понимал, на каком языке поют люди из наушников моего айпода - английском? испанском? русском? Моих сил хватало лишь на то, чтобы скользить взглядом по грудям проходящих мимо женщин, да считать шаги до пахнущего грязью и безнадежностью метро. Внезапно мой взгляд остановился, замер, остекленел. Я безотрывно смотрел на приближающуюся женщину: черные очки, рыжие волосы, розовый пиджак, розовая сумка и розовый чехол с розовым телефоном, который она на ходу тащила из сумки. Женщина пронеслась мимо, даже не взглянув на меня, занятая своими делами, своей спешкой. Я же стоял как оглушенный, в задумчивости почесывая вспотевший на солнце, пропитавшийся салом подбородок. Кого-то она мне смутно напоминает, кого-то знакомого, но потерянного, кого-то близкого, но уже давным-давно далекого... Неужели это... Юля? Нет-нет-нет, конечно же, это не Юля, а я должен перестать торчать на солнце и дойти до метро.
Вместе с этой мыслью тело моё внезапно наполнилось легкостью, как будто я выдул целую бочку гелия - или как будто меня объял смертельный страх. Конечно же, это была она - кто еще даже в этом безвкусном, утопающем в дешевом китче городе, мог позволить себе так одеться? У кого еще рыжие волосинки могут падать на розовый телефон в розовом чехле? Ты знаешь ответ, иди и догони. Ощущение легкости стало критическим, еще немного и я поднимусь в воздух и величаво поплыву над Третьим транспортным кольцом, а потом меня поймают где-нибудь над Москвой-рекой, привяжут на ремень и заставят возить контейнеры с асфальтом на стройку-реконструкцию МКАД. Я рванулся с места, догнал и хлопнул по плечу:
"Юля?"
Она сняла очки и посмотрела на меня, как на надоевшего призрака. Даже этот ее уставший, холодный взгляд возбудил во мне такую похоть, что я потерял дар речи. Паучок сознания, тщательно выплетавший паутину из примитивных шуток, гнусной лжи и вариантов развития диалога, внезапно запутался в своих сетях, жалобно пискнул и провалился куда-то вниз живота. По чреслам разлилось тепло, перешедшее в жар, как будто меня по пояс опустили в горячий воск. Затем кто-то невидимый ударил меня палкой по голове - и я начал улыбаться, резко поглупев. Юля, заметив мои превращения, тоже слегка улыбнулась. Ей не надо было глупеть - она и так была самой глупой женщиной на Земле. Самой глупой и самой желанной.
Через пятнадцать минут мы сидели в "Макдональдсе". Как и все проститутки, она любила калорийную мусорную жрачку - когда ты по 18 часов в сутки занимаешься сексом, выгибая спину и изображая оргазмы, одной фуа-гра сыт не будешь. Она не волновалась за свою фигуру - я не волновался за всё остальное, просто сидел и смотрел, как она ест. За то время, прошедшее с нашего разрыва, я почти забыл о том, какое это удовольствие - наблюдать за тем, как она ест. Картошка фри, картошка по-деревенски, гамбургер, чизбургер, чикен-наггетсы кусок за куском отправлялись в ее ненакрашенный рот. Она жевала, сглатывала, откусывала еще кусок и снова жевала. Работающие челюсти, натянутая кожа, блестящие от жира губы, следы кетчупа на щеках, рвущие котлеты зубы - я не мог оторваться от восхитительно слаженного балета её мимики, смотрел и смотрел, как бандерлоги на Каа.
Потом я вспомнил, что у меня теперь нормальная, достойная жизнь с нормальной, достойной женщиной, где самым большим грехом было мысленное обзывание "крысами" проходящих мимо людей - и отправился в мужской туалет. Я лил и лил себе на голову холодную воду, минут пятнадцать лил, пока у меня не посинели губы и не застучали зубы. Я перестал думать о Юле - единственное, о чем я сейчас мечтал - это сухое полотенце и теплое одеяло. В этот момент она зашла сзади и молча сунула руку между моих ног, легко проведя пальцами по ширинке. Дураки часто пишут большие путаные тексты про "женское обаяние". Дураки не понимают, что женское обаяние - это тот короткий промежуток между ее рукой на твоей ширинке и твоим членом в ее рту, когда ты вдруг осознаешь, что выбора нет. В том туалете я, пожалуй, склонился бы наконец к идее божественного детерминизма - если бы не начал исступленно трахать Юлю, забыв запереть дверь кабинки. Она не постанывала от удовольствия, как обычно делала это со своими клиентами. Она громко хрюкала, как довольная свинья. Ей не особо нравилась физическая сторона соития со мной - среди ее любовников, наверняка, были и подостойнее меня. Ее возбуждала мысль, что вот такой вот интеллигентный мужчина как я может от одного ее прикосновения забыть обо всем на свете, что она имеет высшую власть надо мной. Когда я кончил, её вырвало от удовольствия и пережора. Я кинул в неё бумажным полотенцем и убежал, словно убийца от свежего трупа.
На следующий день она позвонила. Мне пришлось запереться в ванной и пустить воду, как я делал каждый раз во время онанизма, чтобы любимая не слышала наш разговор. Она предлагала встретиться. Я не мог противиться ее бархатному голосу и всем этим многочисленным уменьшительно-ласкательным суффиксам, придававшим ее речи отчетливо деревенский налет. Суффиксы созданы, чтобы соблазнять мужчин. Я был мужчиной. И я писал тексты. Я знал, что если я брошу всё к чертям собачьим и снова начну трахаться с ней 24 часа в неделю, то не смогу написать ни строчки. Всё моё вдохновение, весь талант утекли бы в неё, потом бы она снова меня бросила, и я опять остался бы с ни чем. Несчастный. Разбитый. Забытый. Бездарный.
Я согласился на встречу в номере "Рэдиссон-Славянской". Идеальное место для таких дел - местные стены видели мерзости и покруче. Как только она повесила трубку, я тут же набрал номер своего друга, странного громилы двухметрового роста, и попросил его достать оружие. Мужчина должен делать то, что должен. Мне надо пристрелить бешеную суку, покончить с ней раз и навсегда. Это моя жизнь и я должен за нее сражаться! Тем более, что 10 000 долларов на кредитке хватит, чтобы решить все вопросы с трупом.
Я появился на 15 минут позже назначенного. Она ждала в дверях, полностью одетая, немного обиженная. Я зашел в номер, сжимая в кармане куртки ржавую рукоять револьвера - судя по всему, мой двухметровый друг вытащил его из какой-то могилы. Я думал пристрелить её сразу, как только увижу, прямо в лицо - чтобы патологоанатомы не соблазнились ею и не оттрахали уже окоченевшую. Она улыбнулась, увидев мое озабоченное лицо. Я улыбнулся в ответ. Она опустилась на колени. Я снял и бросил куртку в угол, на мягкий ковер. Она втянула мой член, я вскрикнул. Мы проебались два часа подряд, я кончил три раза.
Сейчас она лежала на кровати абсолютно голая, разомлевшая. Пресытившаяся нашей порнографией Луна осторожно заглядывала в окно, мой телефон разорвался бы от звонков любимой, если бы я его не выключил. Мне было уже всё равно, я мог лишь гладить её рыжий лобок и улыбаться, как фанатик после религиозного экстаза. Она что-то промурлыкала, я ответил невпопад и вспомнил о пистолете. Минут через пять ей надоест лежать на спине и она перевернется на живот, а потом выгнет спину, как кошка, молящая, чтобы её выебали. Я не сдержусь, сейчас у меня единственный шанс. Я подобрался к краю кровати и рухнул на пол. До угла с курткой надо было проползти метра два, потом достать револьвер, подняться на ноги и нажать на курок. Тяжелая задача, если твое тело липкое от пота, веки смыкаются, а в районе паха странная пустота - пустота удовлетворения. Тем не менее, я почти справился - цепляясь зубами за ворс, добрался до куртки, потом, бесконечно долго прокопавшись в карманах, выудил револьвер. Оставалось самое сложное - встать на ноги. Мне пришлось переместиться к дверному косяку и, цепляясь за него, словно утопающий за спасательный круг, медленно-медленно, сантиметр за сантиметром тянуться ввысь. Наконец, я встал и повернулся к ней, оставшейся на кровати.
Вновь воспылавшая любопытством Луна залила своим светом всю комнату. Я четко видел силуэт Юли, стоящей на четвереньках с выгнутой, молящей попкой. Губы ее были слегка приоткрыты, она снова хотела пить, пить, пить меня до предельного истощения. Но нет, сука, этим ты меня не проведешь - я вытянул револьвер в её сторону и приготовился нажать на курок. Бах - ее мозги разлетятся по кровати, ее прелестная головка превратится в фарш и старый судмедэксперт будет задумчиво выковыривать из него рыжие волосы, пока прибывший милиционер пересчитывает полученные от меня деньги. Юля призывно покачивает попкой и облизывает губы - мягкие, нежные, зовущие, они божественно блестят в лунном свете. Я роняю револьвер и на подгибающихся ногах иду к ней. Лунный свет гаснет. | | 31 comments or Leave a comment |
| Люди ходят в кино, чтобы сойти с ума. В мрачном фашистском мире, где ХХС пикетирует террорист Диомид, Мугабе издевается над оппозицией в Мозамбике, а Армия США анонсирует роботов из жидкого металла, кино остается единственной отдушиной для задыхающегося в ледяной реальности пассионария. Нам нравится думать о себе, как о пассионариях, но мы с вами слишком ничтожны и слишком малодушны, чтобы на самом деле осуществить хотя бы десятую часть тех болезненных фантазий, что приходят к нам по ночам и часами стоят в прихожей, улыбаясь беззубыми, зовущими ртами. Поэтому мы с вами идем в кино и по два часа подряд сходим с ума, обливаясь пеной и в неистовстве колотя по спинкам кресел нижних рядов. Когда я говорю "сходим с ума", я имею ввиду это буквально - просмотр тех же "Незнакомцев" заставил меня глотать таблетки "Валиума", людям в зале реально становилось плохо, но никто не орал, не кричал, не звонил по мобильным телефонам - зал смотрел фильм молча, лишь изредка раздавались всхлипы толстяков, сползающих вниз по креслам, да короткие команды санитаров "Скорой помощи".
На "Кунг-Фу Панде" люди сходили с ума иначе - они бесновались, как объевшиеся перебродивших фруктов обьезъяны. Гопнические шутки вызывали штормы истерического восторга, у нескольких толстых школьниц в пиковых местах картины преждевременно начались месячные - но всем вокруг было всё равно, настолько людей захватила смеховая истерия. Из школьниц били фонтаны дурно пахнущей крови, забрызгивавшие попкорн, одежду, дешевые пластиковые очки - но все ржали и ржали в сатанинском восторге, забыв обо всем на свете. В зале молчал лишь я - у меня не шла из головы финальная сцена "Незнакомцев". На "Невероятном Халке" зал снова переполнили безумцы - все нормальные люди свалили после первых 15-ти минут, как крысы с тонущей мусорной баржи. Среди пластиковых пакетов, обгоревших покрышек и изъеденных ржавчиной шпингалетов еще можно было найти вкусные картофельные очистки или даже остатки гамбургера - но у нормальных не было на это терпения, они сразу решили, что фильм несъедобен. Я не могу их винить - это действительно чудовищная картина, из каждого ракурса которой торчат гроздья гнойных шаров с надписями "А ЗДЕСЬ ЭДВАРД НОРТОН ВНОВЬ ПЕРЕПИСАЛ СЦЕНАРИЙ ПОД СЕБЯ!" и, право, вы должны быть двинутым с катушек психопатом, чтобы остаться до конца. Но я остался, и получил свою конфетку - в финальной сцене появился мистер Старк (он же "Железный Человек") и пообещал устроить взбучку обнаглевшей зеленой сопле. Это стоило всех двух часов примитивной мелодрамы, плохой компьютерной графики и кошмарных актерских страданий - но заполонившие кинотеатр джанки из спальных районов ломились к выходу, даже не понимая, что именно им пообещали.
Я был так удручен этой сценой, что оставшиеся 45 минут до начала "Особо опасного" провел в дрянном суши-баре, выкликая официантку (она так и не появилась), ломая палочки для еды и выписывая проклятия маркером на столе из "Икеи". Потом, обожравшись чересчур острых начос, обпившись синтетического "Адреналин-раша" и обмочив свои штаны в отвратительно чистом туалете, я отправился в зал. Прощелыги из администрации кинотеатра выключили кондиционеры, предотвратив назревавшую в зале оргию (ПЕРВЫЙ РУССКИЙ ГОЛЛИВУДСКИЙ ФИЛЬМ КАЖЕТСЯ Я ОБДЕЛАЛАСЬ ОТ ВОЗБУЖДЕНИЯ!!111). Потная, взбудораженная толпа за считанные минуты пожрала весь кислород, после чего мозги всех этих беснующихся дегенератов погрузились в жестокое кислородное голодание. Один за другим чертовы гопники и гопницы проваливались в спячку, не успев на прощание пожалеть о тех безумных деньгах, что они потратили на билеты. К счастью, у меня был с собой баллон с насыщенной кислородом термальной водой (380 рублей, "Арбат-Престиж") и я оказался единственным, кто досмотрел фильм до конца, не свалившись в полный кошмаров сон. Не верьте всем тем "впечатлениям", которые на каждом интернет-углу малюют "очевидцы" - они спали, они спали весь сеанс до тех пор, пока изнуренные девушки из обслуживающего персонала не открыли двери и не разбудили их потоками свежего воздуха. Затем, терзаемые жадностью и глупостью, они выдумали себе какое-то "кино", про которое теперь и рассказывают своим знакомым, доверчивым людям со влажными взглядами телят. | | 16 comments or Leave a comment |
| Скорей бы мы уже с кем-нибудь войну начали. Нет, я знаю, что ни общество, ни армия, ни даже власть к настоящей войне (не "чечня", а сообщение "массовый взлет авиации", приходящее со всех пограничных постов ПВО) не готовы. Но в том-то вся и штука. Что такое хорошо подготовленная, отлично организованная, заранее победоносная война? Это фашизм. Это бесконечный "Новый год с Владимиром Путиным" - в руках у президента премьера бокал шампанского, и он бесконечно поздравляет, поздравляет, поздравляет. "Наши войска оккупировали область! Наши войска взяли столицу! Вражеская страна сдалась!" Тоска берет от таких новостей, это как по хоккейному матчу с итальянцами каждый день. Я, в душе гребаный милитарист, при таких новостях первым запишусь в правозащитники и пойду пикетировать Кремль с требованием свободы прав человека и вывода войск отовсюду. К черту такую войну!
Но если она начнется внезапно, и все мы ошеломленные, оглушенные, испуганные и перетрусившие побежим прочь из зимней, бесснежной, тонущей в отчаянии столицы - то я за такую войну! И чтоб еще после первых же авианалетов загорелись нефтяные терминалы (всё равно у нас ПВО ни к черту даже в Московском округе), и чтоб ни бензина, ни соляры, а одни лишь уставшие, заиндивевшие лошадки, тянущие скрипящие от перегруза телеги по запруженной беглецами дороге. И чтоб посредине я, пьяный, в распахнутом тулупе, с бутылкой в руке орущий бессмысленные, путающиеся песни, и чтоб у всех вокруг в глазах страх (не нынешний - вялый, густой, словно повидло, а настоящий, что сейчас "налетят и ебанут"), и чтоб вдали зарево горящей Москвы, и канонада, и трассирующие в небе пулеметные очереди, и где-то совсем-совсем далеко, на пределе видимости - крошечные грязно-белые точки парашютов десантирующихся SAS. И чтоб наш сосед сверху (без всякого, конечно, своего пошлого джипа - усталой лошадочкой правит) испуганно меня спрашивал: "А ты, ежели чего, на английском говоришь?", а я ему (уже совсем пьяненький - от счастья, мороза и паленого краснодарского виски): "Йеп!", а он всё равно на меня встревожено смотрит - простил ли я ему, что он меня сверху заливал, или нет? Не сдам ли его англичанам как агента ФСБ? А я ему бутылку так протягиваю - дескать, не парься, брателло - всё осталось в той жизни, а у нас новая началась, где канализация может быть только в лагере беженцев на южной европейской границе. Но туда (где вши, помятые турки и коррумпированные русские переводчики) не сразу - сначала надо встретить на дороге ninjatuner, тоже пьяного, счастливого, с широко раскрытыми глазами и извечным фотоаппаратом на шее - "Ты видел? Нет, ты ЭТО видел? Я успел сфотографировать!" И начинается легкий снег, метелька, вечереет, в соседней телеге какой-то урка затягивает про "Владимирский централ", а я ему подпеваю - в такую погоду под грохот бомбежки и шансон хорош! Потом, конечно, нас всех поймают, изобьют и отправят в лагерь к клопам, а еще месяца через два туда привезут изломанного, но довольного ![[info]](http://p-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif) seroe_ozero - он умудрился попартизанить под Москвой, пять НАТОвцев завалил прежде, чем его поймали. И мы втроем будем, наевшись пустой баланды и включив старый радиоприемник, выдирать друг у друга газету оккупационных властей на корявом русском языке с сообщениями о новых расстрелах топ-менеджмента "Газпрома" на Лобном месте....
Так какие у меня убеждения? Строго патриотические - нам как можно скорее нужна война со всем миром сразу! | | 27 comments or Leave a comment |
| Как-то раз я был маленьким и вместе с лучшим другом Кузнецовым возвращался на лифте домой. Проехав две трети пути наверх, лифт крякнул и застрял между этажами. Так как я был маленький, и надо мной нависала страшно религиозная бабушка, водившая меня в церковь, читавшая молитвы, приглашавшая в дом эстрасенсов и тому подобную сволочь, то я в стрессовой ситуации принял единственно верное решение - встать на коленки и молиться об избавлении. Друг Кузнецов, за неимением других идей, присоединился ко мне в молитве и у нас в отдельно взятом лифте образовалась соборность. Молитву я, правда, не помнил, поэтому мы тупо повторяли строчки про иже-еси-на-небеси, пока окончательно не перестали понимать их смысл. Примерно через два часа, совершая плановый обход, нас вытащила из заточения толстая лифтерша. Её визит мы с Кузнецовым восприняли как прямое проявление воли Божией, иначе говоря, Чудо. Чудо, случившееся в результате наших искренних, горячих детских молитв! Ура!
"Ура" продолжалось примерно секунд тридцать. Потом посланная самим Господом избавительница спросила:
- Вы сколько в лифте просидели?
- Ну, эм... Часа два, наверное.
- А чего вы сразу на кнопку вызова лифтера не нажали?
Мы тут же прикрыли уличающе-грязные коленки и даже, кажется, заплакали от обиды на Бога.
С тех пор я стараюсь нажимать на кнопку сразу. | | 17 comments or Leave a comment |
| Люди, бесконечно обсуждающие футбол (хоть в тональности "быдло разбушевалось", хоть в "ура, мы ломим!") - сумасшедшие кретины, олигофрены, играющие ржавыми бритвами. Кого ебет футбол, кого ебет быдло, кого ебут все эти скучные пьяные люди с флагами, когда сегодня будет самая лучшая ночь в году? Ночь выпускных балов. Весь город превратится в стон, все стекла треснут, и небо будет прожжено насквозь сигаретами - первыми в жизни легально выкуренными сигаретами. Здоровые, молодые, сильные самцы и самки сегодня ночью вступают во взрослую жизнь - и темнота просветлеет от белых бантов и белых платьев. Сияние бокалов шампанского затмит свет луны, грохот несущегося по венам "винта" заглушит тихое дыхание ставшего от ужаса метро, и к трем часам ночи обезумевшие, озверевшие, горящие от гормонов, наркотиков и ощущения собственного всемогущества люди начнут бросаться на других людей. Москва станет одним большим полем битвы, Москва-река станет красной от крови. Что, пьяные футбольные болельщики орали у вас под окнами? А они не пытались выбить дверь в вашу квартиру, с горящими факелами в руках и теми самыми гримасами на лицах - "теперь мы взрослые, теперь можно всё"?
Вот что я вам скажу, дорогие любители и ненавистники футбола - уебывайте из города. Берите детей, жену, машину и неситесь прочь в глушь, в деревню, к черту. Или возьмите дробовики и приготовьтесь встретить празднующих, не забыв выключить ЖЖ - сегодня озверевшие интернет-дети будут слетаться на слабый свет мониторов. | | 14 comments or Leave a comment |
| Господи, ну почему я не гомосексуалист? Как славно было бы быть гомосексуалистом - подходишь к своему партнеру, приготовившему суп, и говоришь так:
- Эй, чувак, в этом супе слишком крупная морковь! Эти куски выглядят так, как будто мы собираемся их засунуть тебе в задницу вместо анальных шариков!
А он в ответ, тихо и спокойно, как и всякий нормальный мужчина:
- Да, действительно, что-то я сплоховал. В следующий раз нарежу в пять раз мельче, извини.
И никакой проблемы. Замечание про крупно нарезанную морковку - это замечание про крупно нарезанную морковку. Не пытки, не ковровые бомбардировки, не холокост в Руанде - просто просьба резать морковку помельче. Женщины так любят подчеркивать свою индивидуальность и неповторимость - но каждая из них абсолютно одинакова в бессмысленных истериках. Хочешь быть непохожей на других? Не скандаль и порежь морковку. | | 22 comments or Leave a comment |
| | Subject: | Fuck yeah! | | Time: | 01:02 pm |
|
| Ну, то что Просвирнин это псевдоним я не сомневаюсь (но может быть и заблуждаюсь), но у меня определенно такое чувство, что это образ придуманный самой редакцией СИ, как ловкий маркетинговый ход - людям дай только волю выместить свои низменные эмоции на каком-нибудь "возмутителе спокойствия..." - это ж один из проверенных приемов, в СИ, кстати, про него, прием, рассказывали уже как-то (статья про ловкие ходы, использующиеся в игровой рекламе).
Трудно поверить, что редакция просто так печатает автора, подмачивающего репутацию журнала.
Но все это не имеет значения, т.к. та статья "про фашизм" является апогеем самого быдлятского идиотизма, который, госпади боже мой, каким-то образом просачился на страницы журнала, посвященого видео и компьютерным развлечениям - это вообще уму не постижимо! | | 13 comments or Leave a comment |
| Для "Страны Игр"
МОНОКУЛЬТУРА
Наблюдаете за соцопросами? Следите за общественным мнением? Сами пишите советы и поучения на форумах?
«Помню, последний раз меня так увлекала игра N», «Эх, я не проводил столько времени со времен игры K», «Прямо как старые-добрые времена!»
Не было никаких старых-добрых времен. Нигде. Никогда. Ни у кого. Игры всегда были скучным, идиотским развлечением – навроде сериала Lost – глотаешь серию за серией с выпученными глазами, чтобы к середине ночи обнаружить, что наелся воздуха. «Кто я? Где я? На что я потратил последние часы?» - популярные вопросы у выжженных торчков, смотрящих на солнце слезящимися глазами. Или у геймеров. С самого своего рождения игры были связаны техническими ограничениями – дрожащему в экстазе творения Автору выдавали мраморную глыбу и деревянную лопаточку для переворачивания оладушков. «Ну, давай, дорогой… высекай!». И они высекали, уставшие, взмыленные, сходящие с ума от красочных видений, переполнявших их извращенные разумы, взбудораженные запахом невинности новой медиа. «Мы придем и будем володеть играми!». Они и пришли и владели – Fallout, Planescape, Doom – всё это гениальные, без шуток, гениальные игры. Но в стране слепых и одноглазый – король, а в стране бессмысленных пикселей, прыгающих на экране по сценариям вчерашних программистов и Planescape – шедевр драматургии. Безалкогольное пиво. Пластиковая проститутка. Поваренная соль под видом кокаина – вот чем были ваши ранние «шедевры», одноногие калеки, пытавшиеся натянуть на обрубки рук тряпичных кукол и изобразить вам постановку «Петрушки». Петрушка падал с кровоточащего мяса, в зале смеялись, технические ограничения и общий катастрофически низкий уровень новорожденных «электронных игр» диктовал творцам свои законы. Игры делали не авторы – игры делали требования к железу, Леонардо да Винчи заперли в комнате с рулоном туалетной бумаги и набором детских мелков, поднялись на приступочку и стали орать в окно: «Давай, родной, ты сможешь! Ты пророк новой электронной эры! Ты пионер нового вида искусства! Твори! Твори, твою мать, на 53-метрах с перфорированием!». И он творил, кривясь и постанывая, и его хвалили – потому что где еще вы видели Мону Лизу на туалетной бумаге, и спустя годы его вспоминают, утираясь разукрашенными рулонами. «Да, были дни».
И дни прошли. Оковы спали, приставки нового поколения, видеокарты нового поколения, маленькие черненькие коробочки нового поколения, стоящие меньше, чем зарплата уборщицы – они могут всё. Сверхреалистичная графика, звук, анимация – все, что пожелает самая развратная, самая черная душа доступно за копейки, на любом углу, в любое время суток. Деревянную лопаточку отобрали, выдав рычащую бензопилу – уж тут-то мы развернемся, с новыми-то технологиями! Развернулись. Бюджет приличной игры нового поколения уже застрял в районе 10 000 000 долларов и дальше будет только расти. За эти деньги можно купить крупную партию оружия и сотню наемников, а потом устроить государственный переворот. За эти деньги можно купить героин, продать его, на выручку купить крупную партию оружия и устроить еще один переворот. За эти деньги можно всё – женщин, яхты, полеты в космос на персональном шаттле – всё, кроме Автора у руля игры. Слишком высоки ставки, слишком высоки риски, чтобы подпускать к ним безумных гениев с немытыми волосами, готовых вкалывать ночами напролет, но плохо понимающих слова «финансовая отчетность». Те из них, кто не спился, кто не сторчался и не бросился на рельсы под поезд «Москва-Рига», работают в составе «коллектива авторов». Сколько сценаристов у сегодняшней игры? Пять? Десять? Двадцать? «Коллектив авторов», фактически – никто, ничто, Великая Неоновая Пустота без собственного мнения и собственной позиции, пустота, оплетенная дрожащей паутиной «пожеланий дорогих геймеров». Им всем, всем этим «коллективам», важно ваше мнение, они хотят знать, чего желаете вы, что вы готовы купить, за что вы готовы отдать свои деньги, на чем можно отбить те самые 10 миллионов долларов.
Они больше не раскрывают для вас свои болезненные фантазии, не отправляют вас в запретные потаенные миры, не барыжат билетами в бессознательное, упоительное, электрическое – они продают вам ваши мечты за ваши же деньги. В графическую оболочку, в длинный список имен «над проектом работали» заключено, заковано, запаяно ваше коллективное бессознательное, бьющееся в отвратительных конвульсиях самодовольства. «Я знаю, чего я хочу» - именно эти слова вместо отпевания звучали на похоронах автора, в чей открытый гроб каждый из вас харкнул по очереди. Вам интересно только своё мнение, свои мысли и свои чувства – вы не хотите слушать других, вы хотите до бесконечности вариться в своих примитивных грезах, раз за разом переживая своё «сокровенное», продающееся в любом ларьке сериями в мягких обложках.
Общественное мнение надо запретить. Соцопросы – отменить, фокус-группы – расстрелять, пытающимся указывать Автору – рубить пальцы, мариновать в рассоле и скармливать обратно. И до тех пор, пока на главной площади страны не повесили всех любителей слушать «мнение народа», я буду откладывать деньги за эти колонки в обшарпанную зеленую шкатулку. Когда их накопится достаточно, я куплю на них пистолет с одной пулей, вставлю себе в рот и нажму на курок. I chose not to choose monoculture. I chose something else. | | 23 comments or Leave a comment |
| Все любят религиозных фанатиков. Клишированное, предельно суженное мышление фанатиков возбуждает святых и подонков не меньше корня петрушки - после пары попыток даже последний олигофрен из Правительства понимает, что может легко управлять религиозными сумасшедшими. "Они оскорбили вашу религию!" - и, хурэй, тысячи озверевших людей заполняют улицы, машут серпами и вилами, готовятся к расправе. "Ой, извините, это не те, это другие на самом деле оскорбили вашу религию!" - и возбужденная толпа идиотов с мозгами пятилетних детей бежит в противоположную сторону, на ходу затачивая ножи и топоры. "Вау, да тут всего одна кнопка!" - каждый, кто это понимает, влюбляется в религиозных фанатиков окончательно и бесповоротно. Я влюбился давно, я давно мечтаю о том, как найму с десяток пахнущих потом и кровью головорезов и скажу им, что их религия запрещает оскорбительные комментарии в моем ЖЖ, и что они обязаны сломать пальцы каждому, кто напишет такой комментарий. Сломать и записать хруст на диктофон. Я буду слушать его каждый день перед ужином, вместо радио "Джаз".
Но, как это обычно бывает, популярность фанатиков сыграла с ними скверную шутку. Смотрите - когда стали популярны панды, то все стали переодеваться пандами. Даже верховный правитель Северной Кореи генералиссимус Ки Ир Чен переоделся пандой - в воскресном шоу на Первом канале он напялил костюм панды прямо на парадный китель. Но кому нужна жирная, узкоглазая, позвякивающая орденами "За выслугу лет" и торгующая разведенным героином панда? Никому. Люди отвернулись от панд. Та же ерунда случилась с китайскими боевиками - после того, как мой сосед, сантехник Семен, объявил, что он не "пьяный", а "пьяный мастер", я понял, что это конец. Сегодня все полюбили фанатиков и теперь каждая бесполезная сволочь пытается казаться опасным психом с допускающими массовые убийства религиозными убеждениями. Человеческий мусор и говорящие биоотходы скомпрометировали панд, кунг-фу, демократию, права человеков, тяжелые наркотики и религиозный фанатизм. Нет, серьезно, посмотрите на тех, кто называет себя религиозными фанатиками сегодня - это томные, сытые люди с осоловевшими взглядами предельных развратников, согласные трахать даже смешариков, если это будет считаться пороком. Они не готовы умирать за магомета, иисуса, говорящую вермишель или что там сейчас в моде, я не в курсе - но без колебаний бросятся со скалы в океан за выпавшей 15% дисконтной картой магазинов "Рандеву". Настоящие фанатики сейчас в цене, их отлавливают специальные отряды Службы Безопасности и затем перепродают исламским, христианским и зороастрийским террористам за тройные деньги - кто поверит заявлению "мы вас всех взорвем", если его перед камерами прочитает одетый в фофудью Холмогоров? У торгующего шаурмой Махмуда, живущего в Москве на 10 тысяч рублей в месяц (а до того росшего в диком горном селе), это получается гораздо лучше. Я слышал, что даже Екатерину Андрееву пару раз приглашали под маской прочесть манифесты "Фронта Вечной Жизни" - она слишком похожа на ожившего зомби, продавшего свою душу пластическим хирургам, чтобы не быть фанатичкой какого-нибудь особо извращенного, грязного толка.
Но таких людей всё меньше. Настоящие, хардкорные, "Я-выгрызу-тебе-кишки-если-ты-не-поверишь-в-Жизнь-Вечную" фанатики исчезают из дикой природы, это такой же вымирающий вид, как горбатые киты или серебристые снегири. Самая прекрасная из человеческих пород уходит в лучший мир, оставляя нас на произвол озверевших менеджеров по продажам, торгово-развлекательных комплексов и обезжиренных йогуртов в упаковках по шесть штук. | | 28 comments or Leave a comment |
| - Это хорошее вино?
Бутылка терялась в огромной железной лапище. Исцарапанная, обожженная броня резко контрастировала с матовой темнотой стекла. Идеально гладкая бутылка и выщербленная перчатка бронекостюма казались артефактами из параллельных вселенных, случайно встретившимися на перепутье миров.
- Очень, очень хорошее вино. Риоха урожая прекрасного 2028 года, десять лет выдержки. Такую сейчас почти и не найдешь. Очень, очень хорошее вино - Крозье, хозяин винного подвала, поднялся на цыпочки и заглянул в глаза капитана Магнуса, державшего в руке бутылку. Рослый, прошедший десятки испытаний пехотинец и плюгавый, изнеженный нефтяной магнат сильно контрастировали друг с другом. Огромный бронекостюм пехотинца и истасканный домашний халат магната делали этот контраст унизительным. Магнус сжал руку, бутылка разлетелась на куски, обрызгав Крозье. Его нижняя губа дрогнула и начала кривиться, как у ребенка, готового заплакать:
- Но... зачем? Зачем? Если бы взяли ее с собой, вы бы получили за нее деньги, кучу денег! Огромную, огромную кучу денег!
- Я не мародер.
- А кто вы? Кто?
- Солдат с ненадежной системой управления огнем.
Крозье понурился - он узнал, что такое "случайный выстрел" еще в самом начале этого кошмара, когда определенный к нему на постой взвод 102-ой пехотной роты только заселялся. Тогда все обитатели Лакшери Виллэдж, главного горного поселка миллиардеров и миллионеров, спешно покинули свои зимние дома, не желая иметь дела с солдатней. Все, кроме Крозье - он слишком дорожил своей винной коллекцией, чтобы оставить ее на произвол судьбы. "Крозье, старый дурак, уходи! То, что не разграбят солдаты, добьют идущие за ними инуки! Война всё равно проиграна, бросай всё в Лакшери Виллэдж и сматывайся, пока тебя случайно не пристрелили!" - кричали ему соседи, спешно собиравшие вещи. "Солдаты, инуки, херуки - мне всё равно, мне всё равно, моя коллекция будет жить при любом режиме, при любой стране! Валите отсюда, валите отсюда, малодушные ублюдки, а я останусь тут и буду защищать то, на что потратил всю свою жизнь!". Приходу солдат он даже обрадовался - все ж лучше видеть в своей гостиной десяток родных пехотинцев, чем таинственных инуков, об изуверствах которых ходили слухи. Но как только он попытался не пустить в свой винный погреб рядового Ультрамара, тот щелкнул пальцем, раздался взрыв и в стене за спиной Крозье образовалась огромная оплавленная дыра.
- Случайный выстрел. Ненадежная система управления огнем в бронекостюме. Такое случается довольно часто. Иногда даже слишком часто - Ультрамар отодвинул опешившего Крозье в сторону и начал спускаться к винным запасам. Первую неделю они просто беспробудно пьянствовали, без разбору гребя всё вино подряд. На вторую неделю они, заметив, как Крозье дрожит от вида опустошаемых бутылок, заставили его спускаться в погреб и приносить им только самое лучшее, самое прекрасное вино. Конечно, он мухлевал и под видом изысканных вин таскал самое дешевое и самое худшее - к сожалению, даже это дешевое и худшее в более цивилизованных местах стоило целое состоянии. В начале третьей недели пришел приказ №314- "подготовиться к эвакуации". Это означало, что линия фронта окончательно рухнула и со дня на день все находящиеся на планете части будут эвакуированы. Эвакуированных, конечно же, проверят на наличие краденных вещей - и расстреляют без малейшей жалости, если обнаружат хоть одну чужую спичку. Но орбитальный пункт фильтрации и поместье Крозье разделяли десятки тысяч километров - и солдаты это отлично знали. Как знали они и то, что для сокрытия своих выходок старика можно просто пристрелить, сославшись затем на всесильных инуков. Знал это и Крозье - и потому, оставив всякую надежду выжить, он пытался сохранить жизнь лучшей части своей коллекции. Может быть, хотя бы инуки оценят его усилия. Порывы Крозье заметил Магнус - и, чтобы доставить больше боли старику, начал раз за разом спускаться вместе с ним в подвал и давить у него на глазах случайно выбранные бутылки, наслаждаясь затем реакцией старого богача.
- За что? За что мне всё это? За что вы меня ненавидите, что я вам сделал?! - Крозье, до этого державшийся относительно спокойно, впал в истерику после риохи.
- Жизнь ты мне испортил, сучонок. Из-за таких, как ты, меня призвали, заковали в броню и отправили харкать кровью на холодную землю нахуй никому не сдавшихся планет! Пока ты здесь собирал свои винца, пока ты здесь развешивал в своей гостиной картиночки, растапливал каминчик, расстилал коверчик и трахал сучечек, платя им за ночь столько, сколько я и за год не получаю - я харкал кровью, харкал кровью, блядь! Мне, блядь, в первой же кампании горло осколками посекло, я с тех пор кровью харкаю! И я, блядь, знаю, что тебе твоя разбитая ебаная риоха дороже моей крови! Не променяешь ты, сука, бокал риохи на ведро моей крови! Что, не веришь? На, на, смотри, вот моё горло! - внутри бронекостюма Магнуса что-то щелкнуло и он раскрылся, будто бутон цветка. Магнус вышел из него, оставшись в одном нижнем белье и начал угрожающе наступать на Крозье, тыча пальцем в своё изувеченное горло. Даже без бронекостюма он возвышался над Крозье на целую голову. В подвале было слишком тускло, чтобы Крозье мог разглядеть шрамы на шее солдата. Он начал медленно пятиться к стене, ступая по разлитой риохе, пока не уткнулся спиной в холодный камень стены. Магнус навис над ним, глаза его горели священной яростью:
- СКОЛЬКО! ТЫ! ДАШЬ! РИОХИ! ЗА! МОЮ! КРОВЬ?!
Крозье присел от ужаса. Он был готов умереть, но смерть ему виделась внезапной, такой, чтоб он ничего и почувствовать не успел. Но разъяренный капитан готов был начать его терзать прямо сейчас, глаза в глаза. Крозье пошарил рукой справа от себя, нащупал острый осколок разбитой бутылки, взял его в руку и зажмурился. Будь что будет!
Магнус наклонился к нему, продолжая орать:
- Сколько за мою кровь? Сколько?
Рано. Он слишком велик и слишком силен, надо бить наверняка, осколком бутылки риохи прямо в старые шрамы. Второго раза он не переживет. Глупый плебей!
- Сколько? Сколько?
Еще ниже. Нет, нет, рановато, успеет перехватить. Сейчас у него начнется финальный цикл ярости, он опустится совсем близко и тогда, тогда....
- СКОЛЬКО?! - Магнус дернулся, чтобы наклониться еще ниже, но со стороны входа в подвал раздались взрывы и грохот пулеметов.
- Блядь! - одним ударом капитан размозжил хрупкую голову плюгавого Крозье и прыгнул назад к своему бронекостюму.
- Стоять! - три существа в сверкающей серебристо-синей броне взяли капитана на мушку. Убедившись, что пехотинец застыл на месте, одно из существ сняло шлем и повело в воздухе большими ноздрями:
- Кто тут разлил десятилетнюю риоху?
Опешивший Магнус смог лишь молча показать на труп Крозье, так и не выпустившего из руки осколок столь дорогой ему бутылки риохи. | | 14 comments or Leave a comment |
| Этот город никогда не перестает меня удивлять - его улицы клубятся от превосходных, прекраснейших женщин, густой туман, порождаемый их дыханием, стелится по низинам, деревья волнуются от ветров, производимых колыханием их грудей, асфальт трескается, а скамейки ломаются от ударов их идеальных, словно пушечные ядра, задниц... За каждую из них нантские работорговцы дали бы по 10 бочонков водки (при цене в 1 бочонок за взрослую женщину с ребенком, да, я читаю Тарле про колониализм), но, Господи, Господи, Иисусе всемогущий, что у них за лица! Что за лица! Каждая смотрит так, будто у нее прямо сейчас лезет из задницы огромный, состоящий из крови и дерьма геморрой, и ей дико, нестерпимо больно и всё, о чем она сейчас мечтает, всё, ради чего этот макияж, все эти сиськи, задницы, джинсы с низкими талиями, бусы-сережки и стразы - это знакомство с опытным проктологом. "Ты - мужчина моей мечты. Пройдем в... операционную?" В подернутых поволокой глазах некоторых, впрочем, читается мечта о домашнем стилисте - крашеные блондинки (с черными корнями, с подозрительной желтизной, с подозрительной белизной, с подозрительными оттенками, с подозрительным блеском, с подозрительными волчьими ушами, торчащами из-под химически изнасилованных волос) словно бы молят о достойном молодом человеке, который бы объяснил им, что тюбик краски за 100 рублей не делает их блондинкой. Он делает их женщиной, пытающейся выглядеть, как блондинка.
А в целом в этом нашем вашем городе всё хорошо. Надеюсь, сегодня пойдет дождь и его крупные ядовитые капли смоют с лиц московских мегер привычную злобу, заменив её страхом и отвращением. | | 27 comments or Leave a comment |
| Из Фрея:
In addition to reading a mountain of novels to learn the conventions,
you'll find it's a good idea to join organizations such as
Mystery Writers of America or Romance Writers of America, and
attend some of the workshops and conferences that abound for all
types of fiction. There are several journals devoted to the writing of
genre fiction. I subscribe to Mystery Scene, as an example, which is
loaded with information on mystery writing. Almost all of their
articles are written by top mystery writers. There are also journals
for writers of science fiction, westerns, horror, and others.
еще оттуда же:
Another reason this is the best time in history to be a fiction
writer is that more creative help is available than ever before. More
than 600 colleges and universities in the United States offer creative
writing classes. Private writers' self-help groups abound. Bookstores
are packed with how-to-write books. Writers' conferences,
seminars, and workshops are held in every part of the country.
...
In the forties and fifties there were perhaps 150 literary agents
doing business in the United States. Now there are more than 900.
600 классов для писателей в колледжах и университетах, где они изучают Достоевского, Толстого, Кафку, Гюго (я сужу по книге самого Фрея). 900 литературных агентов. Десятки узкоспециализированных журналов для писателей. Бессчетное количество пособий по писательскому мастерству, начинающихся с "How to...".
Вы спрашивали, как выглядит духовность и культура? Они выглядят вот так, они выглядят как (опять же, пример из Фрея) печальный негр, сидящий в писательском классе и шлифующий свой роман про то, как больно и ужасно быть негром.
Они не выглядят, как кавказцы и бляди в стенах РГГУ. Они не выглядят как встречи в обшарпанных библиотеках, где к собравшимся скорее явится сам господь Бог, чем литературный агент. Они не выглядят как писательница Донцова, у которой, судя по скорости появления ее книг, тысяча рук и тысяча голов (или десяток литературных негров). Они, блядь, не выглядят как свинорылые попы, вещающие из телевизора про святоправославную духоподъемность, заключающуюся в запрещении книг.
Американцы сидят и разбирают в своих классах каждую запятую классиков мировой литературы. А у нас в классах танцуют лезгинку и скачивают порнографию на мобильники. Через 50 лет Америка будет главной литературной державой в мире, а мы будем литературной Северной Нигерией, не нужной даже самой себе. | | 41 comments or Leave a comment |
| | Дома отрубили энторнет (вроде, меняют оборудование), поэтому я не могу писать ночами посты, сидя голым с сигаретой в руке. В офисе же собирать мысли во что-то внятное не получается - даже попытка включить кондиционер на полную мощность приводит к холивору, какое уж тут "раздеться и закурить"! | | 7 comments or Leave a comment |
| Вышел новый номер журнала Rolling Stone, выглядит он вот так:
В нем, помимо прочих увлекательных материалов, есть моё интервью с поэтом Орлушей (который про надувную Ксению Собчак, "Я стою на площади Гитлера/Это бывшая Маяковская" и т.п.). Помимо всяческого положенного ай-на-нэ, мне его удалось разговорить на достаточно серьезные темы.
Текст в неправленном виде (в журнале отдельные моменты порезали и маты испортили звездочками, очень неудобно читать):
Андрей Орлов, бывший журналист, продюсер и хиппи, несколько лет назад начал публиковать в интернете свои стихи, моментально расползшиеся по всей Сети. Его первый же сборник «Стихи и рингтоны», недавно появившийся в продаже, уже вызвал истерику у директоров книжных магазинов.
«Я не идентифицирую себя как поэта, это просто записывание текстов в форме, которая иногда удобна для цитирования и запоминания (если это серьезные стихи), либо в форме, которая сразу входит в мозг девушки, с которой я хочу в этот вечер оказаться намного ближе. Чтение стихов всегда работает» - условно-скандальный поэт Орлуша (он же Андрей Орлов) вживую меньше всего похож на условно-скандального поэта: паучьи седины, переполненный сарказмом взгляд, легкий налет разврата, от которого проходящих мимо официанток начинает бить электричеством - скорее, так должен выглядеть Рон Джереми, посвятивший себя написанию стихов про надувную Ксению Собчак, балерину Волочкову, День Победы («Я стою на площади Гитлера / Это бывшая Маяковская»), ебало-заебало и прочие темы, вызывающие восторг пополам с гадливостью. Буквально на днях вышел первый сборник Орлуши «Стихи и рингтоны»– и тут же пара столичных магазинов отказалась его продавать по соображениям нравственной духовности.
«Ну, не будут продавать меня на Курском вокзале или в магазине «Мясо» в Мелитополе – я к этому спокойно отношусь, кому надо – найдут. Директоры книжных магазинов, приближенных к мэрии, сказали, что не будут продавать мою книгу, потому что там стих «Заебало» - со строками «заебло ебло Лужкова», например. Или потому, что уже бывшего президента Российской Федерации Владимира Владимировича Путина ебут в жопу в стихе про политкорректность. По просьбе одной такой нравственной тетеньки я перевел «Заебало» на русский язык без мата – получилось намного обиднее, «Надоело лицо мэра Москвы Юрия Михайловича Лужкова» - в свое время Орлуша работал над программой и агитацией партии «Единство», выросшей затем в «Единую Россию», вынеся из этой работы горькую иронию по отношению к нынешней власти.
«У нашей власти нет политических убеждений, есть только экономические, человек может быть нефтяником, газовщиком, или строителем-риэлтором – вот такие у нас партии, настоящей политики в стране нет. Как к этому серьезно можно относиться? Как можно относиться серьезно к власти? Они же шалят, они шалят, блядь! То Ходорковского посадят, то коня поцелуют в Германии, то кувалду на заводе. Это серьезно? Президент моей страны кувалду поцеловал! Даже я пьяный лучше пойду консьержку выебу, хоть она стара и некрасива, но кувалду я целовать не буду!» - Орлуша хохочет, но в его смехе чувствуются нотки грусти – как и во всех его разухабистых, переполненных матом стихах. Его вечные пересмешничанье и скоморошничанье кажутся чуть наигранным, а саркастическая улыбка Джокера - фальшивой: «Я серьезно практиковал православие – смотри ту же «Пасхальную», но этот Ванька Охлобыстин (как сказал наркоман про Охлобыстина – «Каков поп, таков и приход»), вся эта гопота рублёвская, которая не знает, как креститься… всё это странно для меня выглядит. Увлечение восточными религиями? По мне, это лучше, чем ебать детей в лесополосе. Даже Петросян – это лучше, чем по пьяни друг другу морду бить».
Несмотря на мягкое отношение к российской массовой культуре, Орлуша известен в первую очередь стихами, в которых откровенно издевается над идолами дорогих россиян. Может быть, поэтому свою популярность он воспринимает как нечто несущественное: «Конечно, надрочился, слов знаю много, да и рифма «ебало-заебало» не самая сложная, но давай меня из литературного процесса сразу исключим нахуй, просто несколько моих не самых любимых стихов расползлись по интернету огромными тиражами».
Своим самым любимым стихотворением матерный поэт Орлуша считает «День Госбезопасности», в котором нет ни единого мата: «Я не терплю эту коммунистическую гэбэшную быдлоту. Если я считаю, что, как в европейских странах, должен быть запрет на профессию и занятие определенных должностей для тех, кто работал в карательном механизме Комитета Государственной Безопасности – то я это открыто выражаю. Впрочем, самое популярное из моего – аполитичный рингтон «Заебало», его растащили миллионы людей». | | 5 comments or Leave a comment |
| В связи с постами про пирацетам и разгон мозга зашел разговор про безумие. Кто тут, дескать, безумец, а кто не безумец. Вопрос, как мне кажется, очень интересный, тем более в России, где до сих пор есть институт карательной психиатрии (только если раньше ее применяли против диссидентов, то сейчас за денежку пишут диагнозы старикам, не желающим освобождать квартиры), а количество различных девиантов (от Пичушкина до пензенских сектантов) может сравниться только с США (где также в свое время психиатрия была не просто психиатрией).
Я предлагаю вам прочесть "Историю безумия в классическую эпоху" Мишеля Фуко:
Книга известного французского философа Мишеля Фуко (1926—1984) пос |
|
